Плюрализм в одной голове

[zlata_gl]

Две книжки сразу.
От прогрессистов.
Одна современная, от как бы христианина. Имя слышу впервые.
Но Вика все знает.
Другая - полувековой давности, от как бы иудея. Очень известный философ и психолог.
Джон Шелби Спонг
Иисус для неверующих. Основатель христианства без мифов, легенд и церковных доктрин
Автор, ни много ни мало - доктор богословия и епископ епископальной церкви. (входящей в содружество англиканских).
Очень прогрессивной. В которой епископом может быть женщина, гей, лесбиянка, вероятно сейчас и трансгендер.
Кстати к этой церкви принадлежали Джордж Вашингтон, оба Рузвельта и Буш-старший.
Но тогда, наверно, у них не было таких епископов, которые не верят в Бога.
Спонг вырос в "Библейском поясе".
Как и Макграт - пытается совместить науку с религией.
Но делает это несколько иначе.
Первым делом - сразу и открыто порывает с "чудесами".
Он не верит ни в непорочное зачатие, ни в воскрешение мертвых, ни в прозрение слепых.
Макграт скромно молчит на эту тему.

С Флибусты:
«Иисус для неверующих» – впервые издающаяся на русском языке одна из самых известных – бурно обсуждаемых, разобранных на цитаты книг Джона Шелби Спонга, епископа, которого одни называют опасным безбожником и самым лютым еретиком нашего времени, а другие – вдохновенным пророком живой веры и предтечей новых глобальных сдвигов в религиозном мировоззрении.
Кое-что на память:
Иисус, привлекавший меня, всегда оставался еврейским Иисусом – поистине реальным, предельно человечным и в то же время связанным с чем-то вечным и запредельным. Десятки лет я был убежден, что ключ к пониманию этого Иисуса следует искать в иудейской среде, породившей, воспитавшей и сформировавшей его. Вместе с тем, когда я обращался к тому Иисусу, которого почитали в христианской церкви, мне казалось, что и его еврейские корни, и его человечность либо игнорировались, либо яростно отвергались.

В общем, церковь не знала правильного Христа, а он теперь знает.
Христианство отделилось от иудаизма около 88 года нашей эры.

Как он вычислил с такой точностью ?
По каким данным ? Ничего не сказано.
По моим понятиям, это произошло постепенно после разгрома Иерусалима в Иудейской войне в 67-70 годах.
Храма и жречества не стало, христианские общины ушли в свободное плаванье.
Интернета у них не было, из транспортных средств - лошадь и весельный корабль.
Не стало общины Петра - людей, которые реально ходили с Иисусом по Галилее и Иерусалиму.
Людей, реально видевших Иерусалим и Храм, знакомых с традициями и вероучением, становилось всё меньше.
К концу 1-го века - они вымерли естественным путем.
Книга натолкнула меня почитать послания Петра и Павла.
То, что написано ДО Иудейской войны.
До этого я читала евангелия, Косидовского и Таксиля. :-)
Обратила внимание - из "Посланий" просто невозможно ничего узнать про Иисуса.
Там просто призывы любить друг друга и помогать.
Послания Петра - "первая производная" от реального Иисуса (если он существовал).
Послания Павла - "вторая производная". Он не был знаком с Иисусом, но вроде посещал Иерусалимскую общину.
А Евангелия - это уже "третья производная".
Потомки уехавших "до войны" + прозелиты из язычников.

Выбор, перед которым стоит сейчас христианский мир, для меня очевиден. Мы можем и дальше делать вид, будто с буквалистским, безнадежно устаревшим и утратившим силу языком нашей веры нет никаких проблем и в нем ничего не надо менять, но результат, в конечном счете, будет только один – христианство умрет. Или же мы можем создать совершенно новое видение Иисуса и новую концепцию Бога, и они станут основой радикального пересмотра того, что мы называем христианством.
Я хочу рассмотреть идею нетеистического, но вместе с тем совершенно реального Бога, встреченного в человеке по имени Иисус, и с этой точки зрения рассмотреть вопросы и жизни, и смерти, и того, что Церковь столь много веков пыталась сказать о вечной жизни.
Что такое "нетеистический Бог" ?
Спросила у Вики.
Теи́зм (др.-греч. Θεός — бог) — в широком смысле теизм — вера в существование бога или богов[1][2]; в узком смысле теизм — религиозно-философское мировоззрение, утверждающее: монотеистический Бог существует; он создал мир, и он продолжает в нём свою активность
Всё равно не поняла.
Но, оказывается, у Спонга много единомышленников на разных континентах.
На всякий случай сделала поиск по книге по слову "Бахаи". Не нашла.
Поискала еще Докинза. Тоже нет.
Но в оценке пути церкви за почти 2000 лет - он с Докинзом, а не с Макгратом.
Макграт делает вид, что не знает про религиозные войны.
У Спонга с самого начала - длинный такой речитатив в ритме "Псалмов".
>Плач верующего на реках Вавилонских.

Куда ты ушел, Иисус?
Когда мы тебя потеряли?
Быть может, когда мы решили,
Что точно владеем тобой?
Когда обращали весь мир?
Евреев прозвали жидами?
Когда отлучали от Церкви?
Жгли ведьм?
Полыхали войной?
Стоит прочесть.
А может, когда узнавали
Все больше и больше – и мифы,
Хранимые с первых столетий,
Нам стали уже не нужны?
А может, когда библеисты
Сказали нам ясно и просто,
Что в Библии все не про то –
И все мы неправильно верим?
А может, когда христиане
У нас на глазах
Людей обращали в калек –
Своею виной,
Вечным страхом своим
И верой слепой,
Мракобесием,
Злобой?
А может, когда осознали,
Что те, кто взывал к тебе: «Боже!»
И с Библией не расставался –
За рабство стояли стеной?
За расизм?
За Линча закон?
За право унизить детей?
Бить женщин?
Казнить тех, кто любит
Таких, как он сам?
А может, когда мы познали,
Что ты, обещавший нам жизнь,
Не мог повелеть ненавидеть,
И ползать во прахе и пепле,
И каяться в плаче до смерти?
А может, когда осенило,
Что если мы служим тебе,
То гнать должны прочь предрассудки,
Которые нам столь сладки?
Мы алчем тебя, Иисус,
Но мы уже просто не знаем,
Где ныне искать тебя нам.
В церквях, где ни капли сомнений?
А может, в других, где трясутся
От страха при слове «раскол»,
Где Бога сменила «сплоченность»
И где просто нечем дышать
И все умирают со скуки?
Да можешь ли быть ты в церквях,
Где гонят бессильных и нищих,
Самарию нашего мира –
И тех прокаженных,
Кого ты нарек нам родными?
А может, искать не в церквях?
А там, где в чести доброта?
Любовь безвозмездна?
И там, где вопросы любые –
Доверия знак?
Скажи, Иисус, а возможно,
Что именно мы, христиане, –
Убили тебя?
Отравой буквальных прочтений,
Оковами символов веры,
Отживших доктрин
Умирающих догм?
И если все это – причина,
Вернешься ли ты,
Если все устранить?
Скажи, мы тогда возродимся?
А может, как кто-то сказал,
Ты – просто мираж или призрак?
И только завеса забвенья
И страх потерять свои шкуры
Нам правду познать не дает?
Я все еще жажду и верю,
Я вижу в тебе, Иисус:
Исток и дорогу
К началу всей жизни,
К началу любви,
К столпам бытия,
Дверь в тайну святую.
Стремлюсь за порог…
Ты там меня встретишь?
Меня испытаешь?
Направишь?
Ты встанешь напротив?
Откроешь мне все о себе?
И там, у последней границы,
Ты примешь меня, Иисус?
В предел мироздания, к Богу,
Которым живу,
И дышу,
И надеюсь?
Поистине, в этом
Суть книги моей,
Иисус.

Насчет исторической личности по имени Иисус - Спонг согласен с теми, кто говорит, что мы ничего не знаем.
Примерно то же, что Зенон Косидовский.
Но тот, кажется, считал евангелие от Иоанна самым ранним.

Мифология создана на базе книг Пророков из Ветхого Завете - насколько создатели евангелий ее понимали.
Во всем корпусе Павловых посланий, написанных не ранее 50 и не позже 64 года, нет ни одного упоминания о родителях Иисуса. О его происхождении Павел говорит лишь одно: Иисус родился «от женщины» и «под законом» (Гал 4:4). Слово, переведенное здесь как «женщина», не имеет в данном тексте ни малейших коннотаций со словом «девственница». В еврейских кругах того времени, как и в наши дни, девственность и материнство – это взаимоисключающие понятия. Ребенок просто не мог родиться от девственницы. Иными словами, в этом самом раннем тексте Павел говорит о происхождении Иисуса лишь одно: он появился на свет самым обычным образом, его родила женщина, как каждого из нас, и, кроме того, он родился под законом, как все евреи.
"Родился под законом" - это в законном браке, в еврейской семье.
Павел, по-видимому, и знать не знал о чудесном рождении Иисуса
Дальше - подробный разбор, как развивалась эта мифология - от Марка - к Матфею и Луке.
Нашим привычным религиозным играм в притворство пришел конец. Мы не можем больше прятать голову в песок, скрываясь от реального мира. Но на руинах мы отыщем знаки, а они позволят нам лучше понять того, на кого мы возложили это тяжкое бремя традиции. И еще спросим: что же такого в нем было? Почему миф о нем так расцвел? Этот вопрос возникает снова и снова, требуя ответа.
Про апостолов:
Люди, свято уверенные, что апостолов было именно двенадцать и что это реальное, сакральное число, не могут назвать имена этих апостолов, даже если бы от этого зависела их собственная жизнь! Да у нас проще отыскать того, кто сможет ответить, как зовут оленей Санта-Клауса!...
«Двенадцать» и «апостолы» – это вообще одна и та же группа?...
Мой окончательный вывод таков: ни Иуды Искариота, ни предательства не было...

Про чудеса
Мы никогда не вырастем, если будем всю жизнь ублажать небесного родителя...
Возможно, еще любопытнее то, что божество, творящее чудеса, не всегда-то морально. Сверхъестественный Бог, представленный в Библии, зачастую совершает совершенно безнравственные поступки. Можно ли считать моральным уничтожение детей и стариков в дни Всемирного потопа? (Быт 6:1–8). Или убийство первенцев во всех домах египтян в дни Исхода? (Исх 11:1–11). Могли бы египтяне когда-либо поклоняться такому Богу? А как насчет Бога, который останавливает солнце в небе и тем продлевает день, чтобы Иисус Навин перебил больше аморреев? (Ис Нав 10:12 и сл.). Признают ли такого Бога аморреи? Можно ли считать моральным божество-чудотворца, которое ненавидит всех, кого ненавидят его последователи? Перед всеми, кто пытается оправдать действия такого Бога, стеной встают вопросы и проблемы. Потребность цепляться за чудо далеко не всегда способствует вере, однако именно такое понимание Бога преобладает в библейской истории...
Прошло примерно двенадцать поколений, прежде чем история этого поразительного события Исхода была записана. Разумеется, она обросла деталями – и, безусловно, элемент чудесного с течением лет только усиливался – однако сам опыт оставил неизгладимый отпечаток на жизни еврейского народа. Бог избавил их. Бог любит их. У Бога для них особое предназначение. С тех пор они стали считать себя избранным народом Божьим, связанным с ним договором или заветом, – тем народом, которому впоследствии суждено стать источником благословения для всех народов мира. Бог в их глазах обладал властью и над природой, и над водной стихией. Евреи провозглашали эту истину в своих литургических текстах, пересказывали вновь и вновь как часть своего эпоса. Когда же этот эпос стал наконец Торой, или Священным Писанием, и когда его стали читать в еврейских синагогах, он обрел название слова Божьего.

В ходе этого процесса сложилась история о главном чуде в еврейской Библии. Может, сходным образом возникли и рассказы о чудесах Иисуса? К этому вопросу мы сейчас перейдем. Но нам следует постоянно держать в уме приведенный выше анализ и связанные с ним проблемы. Возможно, евангельские чудеса – также не реальные события истории, а лишь внешние попытки выразить словами сильное внутреннее переживание.
Можем ли мы разобрать их, демонтировать или даже вовсе вычеркнуть их из памяти об Иисусе, не подрывая при этом сам опыт Иисуса? Если нет, то у христианства нет будущего. Если да, то есть шанс, что христианству удастся выжить в мире постмодерна. Думаю, такая цель стоит затраченных усилий.
Не очень понятна логика.
«Вербное» воскресенье (как утверждают, по крайней мере, Марк, Матфей и Лука), состоялся неделей раньше, а значит, примерно в середине марта. Проблема, связанная с этой датировкой, заключается в том, что появление зеленых листьев на деревьях в начале весны в этом районе Ближнего Востока маловероятно – обычно это случалось в середине апреля или начале мая.
Странное утверждение.
Пальма - вечнозеленое дерево, и в Израиле полно таких деревьев.

Порой очень трудно отстраниться от того обстоятельства, что почти все мы приучены воспринимать Евангелия как рассказы о буквальных событиях. Но придется. Евангелия – не буквальные рассказы, а способы истолкования образа Иисуса, просеянные сквозь сито еврейской богослужебной жизни, в контексте которой историю Иисуса помнили и рассказывали в течение двух-трех поколений, пока ее не записали в Евангелиях. Евангелия изобилуют образами, хорошо знакомыми верующим иудеям, но почти бессмысленными для тех, кто находится вне этой религиозной традиции и по причине своего невежества вынужден мириться с серьезными недоразумениями.

Тогда надо вернуть их евреям. На доработку.
Лютер уже пытался. Евреи не одобрили.
Но сейчас появился реформистский иудаизм.
Им может и понравится.

Но если убрать всё перечисленное - что остается от реального христианства ?
Куда пойти, куда податься ?

Я ищу Иисуса вне Священного Писания, вне символов веры, доктрин, догм и даже вне самой религии. Только там наш пристальный взгляд обратится наконец к тайне Бога – тайне жизни, любви и бытия. Мы неизбежно обратимся и к тайне нашего существования, к тайне самосознания, к тайне трансцендентности, и пройдем еще дальше в нашем извечном стремлении к единству. Ибо мне приходится признать, что даже Иисус – еще не конец странствия, как долго и ошибочно полагали христиане, а всего лишь дверь к таинству Бога.
Но вне Нового Завета - просто нет никаких сведений об Иисусе.
Несколько строк у Иосифа Флавия в двух версиях - христианский и мусульманский переписчик.

Карен Армстронг и Роберт Райт пытаются создать новую религию, соответствующую их моральным понятиям.
Спонг, собстаенно, делает то же самое, но пытается назвать это Иисусом.
Понятно, что большинству христианских попов это не нравится.
Деревню (Библейский Пояс) - не увезли из девушки.
Спонг умер в 2021 году, в возрасте 90 лет.
Может сейчас - в раю общается с Иисусом.

Хватит пока.
На вторую книжку места и духу не хватило.
Фромм. Вы будете как боги
В следующий раз.

Comments

[Алексей Орлов (from livejournal.com)]

Он, безусловно, не первый епископ, не верящий в бога. Даже не первый, в том сознавшийся. Но, наверное, первый сознавшийся до выхода в отставку.

[zlata-gl.livejournal.com]

Он верит в нечто, что он называет Иисусом. В сферическом вакуумк. Без всех чудес и без биографии. Я так и не поняла, почему "теперь это так называется".
У него очень странный таракан в голове.